Марш Cвятоносцев

---

Экспедиция-team

После ставшего традиционным для Байкал-Экстримовской (Улан-Удэ) составляющей коллективно-активного фото, мы всей гурьбой из мест обетованных убыли на очередное сафари – снежно-ледовое сафари по нитке "Чивыркуйский залив – Ушканьи острова – остров Ольхон – поселок Хужир".

Несмотря на кровожадность, вкладываемую в термин "сафари", наше сафари было преисполнено рождественскими и новогодними напевами. Пронзая стрелой пространство Чивыркуя, мы проникали от одного острова к другому, восторгаясь красотами предстающих перед нами сказочных ледяных гротов и созданных ледяных скульптур. Ощущение свободы на "сафари-пати" не продолжало покидать нас, поскольку олицетворением свободы пред нами представали сами просторы зимнего Байкала.

Ледяной оскал

Байкальская сказка

Белосинь

Зажигай 2

Дополнительной "фишкой", срывающей нам крышу в ощущении свободы, явились горячие источники Змеинки Чивыркуя. Народ предавался свободе во всех ее проявлениях: не обременяя себя одеждами, сигал в горячие источники, самоотверженно устремлялся на сноуборде по снежно-каменистому склону в направлении вожделенных источников. В эйфорическом состоянии после источников народ предавался, не отходя от кассы, джиббингу на прилегающих к источникам колоритных перилах. При этом бессменный джиббер Яскин Д.С. осуществил с отличием пару спусков по перилам.

Пива НЕТ!

Зачастую на пути следования сафари дорогу нам преграждало богатство Байкала, которое мы без сожаления пропускали только в силу отсутствия необходимого количества пива.

Все остальное, увиденное нами, ввергало нас в благоговение и трепет от той красоты, которая предстает пред взыскательным взглядом пытливого путешественника – озера Байкал.

Каскад сменяющих друг друга пейзажей зимнего Байкала выместил на время в нашем сознании привычный нам, набивший до оскомины образ родной нам урбании, тем самым, подарив нам зимнюю сказку, пусть даже на время.

На Чивыркуе сафари-пати для улан-удэнской команды было закончено, но не для нас.



Не наевшись зимним Байкалом, не принимая во внимание опыт экспедиции Амудсена и иных, не менее известных, полярных первопроходцев, мы направили свои взоры и протекторы нашего верного автоскутера в сторону Ольхона. Опасности подстерегали нас на каждом шагу (как потом нам сказали об этом обыватели). Но они не воспринимались нами в состоянии отдыха и свободы, в котором пребывали мы. Бессменный рулевой – Яскин Д.С., на которого в полной мере полагались мы, позволял нам ощущать себя Кинговскими лонгольерами, пожирающими пространство белого безмолвия Джека Лондона.

За кормой уходили в горизонт изломы хребтов и гребней полуострова Святой Нос, подарившие нам свободу. Впереди же постепенно наезжал на нас таинственный тантрический остров Ольхон. Не всё на пути к нему было гладко.

Несмотря на присутствующий "зимник", в одном месте уже на входе в Малое Море отважный экипаж, за исключением бессменного рулевого Яскина Д.С., посетило желание выйти из уже уставшего автоскутера для организации какой-нибудь матчевой хоккейной встречи, в процессе которой кормчий под якобы непринужденным, но в действительности, очень озабоченным взором участников, с честью преодолел возникшую на пути трещину, слегонца чуть не засадив в оную задний мост благославенного автоскутера. После чего участники хоккейного матча, быстро свернув игру, с шутками-прибаутками, заполнив героический скутер, продолжили свой нелегкий путь.

Ольхон в лице поселка Хужира встретил уставших, но довольных участников более чем радушно, в чем заслуга небезызвестного в определенных кругах Никиты Бенчарова. В распоряжение экспедиции был любезно предоставлен отдельный дом-усадьба, кормежка от пуза и баня, рубикон которой отдельные участники преодолели задолго за полночь, что позволило им встретить 23 февраля, что называется, в карауле.



Будучи в бане, мы претерпели достаточно интересную мизансцену в общении с обслуживающим персоналом, в состав которой входили представители маленького, но гордого народа – обитатели солнечной Урюкии. Разоблачившись в бане донельзя, в предвкушении попара, мы неожиданно не ощутили обещанного березового веника. Предложение одного из участников использовать в качестве веника можжевеловый пучок, по замыслу дизайнера бани являвшийся элементом интерьера, не нашло отклика у остальных. В результате чего, нарисовавшийся из числа участников доброволец, не особенно обременяя себя одеждами, канул в темноту ночи за вожделенным веником. Здесь-то и произошла изрядно повеселившая нас история.

Когда участник в формате одежды "две банданы" (набедренная и наголовная) в столбе пара пробирался по закоулкам хуторка Никиты, он неожиданно наткнулся на того самого представителя маленького, но гордого народа. Между ними завязалась оживленная беседа, сутью которой являлось следующее:

Ракурс для фото-тюленей

На этом месте диалога контраргументы у принимающе-обслуживающей стороны иссякли, и он нехотя удалился для восполнения заказанной услуги.

Пока порядком заиндевевший участник приходил в себя в предбаннике, по мановению среднеазиатской руки материализовался веник, который мы в процессе попарки изнахратили от всей души и оставили дизайнеру бани впридачу к икебане из можжевелового пучка.

Утром рассвело – мы всё и увидели. Сталось так, что занимаемая нами усадьба притулилась на береговом склоне, откуда открывался вид на мыс Шаманка (он же Бурхан). Будучи на отдыхе в полном смысле этого слова, мы не преминули по образу и подобию тюленей-матрасников фотозапечатлеть себя на его фоне.

"Алё, гараж!"

На следующий день нас ожидало не менее захватывающее сафари снежно-ледового безмолвия Байкала. Пробороздив на нашем верном автоскутере акваторию Малого Моря, созерцая красоты бесчисленных остров и береговой линии, навещая наиболее интересные, в отдельных случаях именуемые нами "Алё, гараж", мы-таки, как бы нам это не хотелось, были вынуждены вернуться в цивилизацию.

Но, даже неумолимо приближаясь к оной, мы не искали легких путей. На последнем подъёме к первому оплоту цивилизации – МРС – верно служивший нам всю дорогу автоскутер сказал: "Бензина нихт! Совсем". На что бессменный кормчий-водитель-механик Яскин Д.С., проявив недюженную изобретательность, вмонтировал в разрыв топливопровода резервуар производства фирмы "Спрайт", наполненный смесью бензина и масла, служивших до этого момента топливом для тайного оружия дровинга – бензопилы Stihl. С чем автоскутер был вынужден согласиться. До АЗС в МРС доезжали на последнем стакане бензина.

Котейки туземные

Нитка маршрута

Индастриал-фрирайдер

Торжественный митинг, посвященный нашему прибытию в МРС, возглавила пара котеек, встретивших нас невозмутимым прищуром аборигенов: "Мы-то здесь, а вы кто?"

На сём, по ощущению участников, экспедиция заканчивается, но на этом не заканчивается дружба, зародившаяся и укрепившаяся между участниками экспедиции, продолжают бередить душу новые нитки маршрутов и варианты путей.

Благодарности: